Султан Ибрагим I Безумный, сын Ахмеда I и Кесем Султан


Ибрагим I — сын Ахмеда I и Кесем Султан. Он родился в 1615 году, умер в 1648 году.
Брат Мурад IV очень старался, но Ибрагиму удалось выжить.

Ибрагима спасла его мать Кесем Султан. Она убедила Великого визиря Кара Мустафу-пашу и других членов Дивана в том, что Ибрагим является законным наследником.
Потому умирающему Мураду солгали в том, что Ибрагим по его приказанию задушен, а самого Ибрагима решено было перевести из Кафеса в Топкапы.
Ибрагим к тому моменту уже 4 года жил в Клетке в постоянном страхе, ожидая того, что в любой момент к нему могут придти палачи по приказу Мурада и казнить его.
По этой причине Ибрагим долго не хотел открывать дверь визирям, пришедшим известить его о смерти Мурада и его воцарении. Он вышел только тогда, когда Кесем Султан приказала положить у порога его покоев труп Мурада.
Ибрагим покинул покои с радостными воплями: «Мясник умер! Мясник умер!».
В тот же день, 9 февраля 1640 года, Ибрагима возвели на трон под именем Ибрагима I, а на следующий день состоялись похороны Мурада.

Вскоре после похорон брата, Ибрагима опоясали мечом в мечети Эйюба. На обратном пути его приветствовали толпы горожан, когда он верхом возвращался в Топкапы.
П.Райкот отмечает: «то ли из-за отсутствия практики, то ли по причине осанки, присущей дуракам, но он сидел в седле так нелепо, что вызывал у народа скорее смех, чем возгласы одобрения».

П.Райкот оставил также описание внешнего вида Ибрагима I Дели (Безумного): «По натуре своей Ибрагим был кротким и покладистым человеком. У него был широкий лоб, быстрые и живые глаза и румяный цвет лица, черты которого находились в правильной пропорции; однако в выражении его лица было нечто, что не обещало великих умственных способностей».

Ибрагим стал султаном на 25-м году жизни (родился в ноябре 1615, султаном стал в феврале 1640 – О.К.). Практически всю свою жизнь он провёл в заключении: сначала после смерти его отца он был вместе с матерью, братьями и сестрами отправлен в ссылку в Старый дворец, затем его свободу ограничивали в гареме Топкапы, а за четыре года до воцарения он был заключён в Кафес. Предполагается, что у Ибрагима наблюдались небольшие врождённые отклонения психического развития, которые невероятно усугубил образ жизни, который он вынужден был вести. В итоге, на престол он вступил личностью, в принципе неспособной управлять государством.

Как следствие – вся реальная власть сосредоточилась в руках его матери Кесем Султан, которая стала Валиде Султан во второй раз и управляла империей совместно с Великим визирем Кара Мустафой-пашой, сохранившим свою должность.

Кесем хорошо понимала, что Ибрагим вряд ли когда-либо сможет самостоятельно управлять империей, но с момента воцарения сына её немало обеспокоило его здоровье: когда Ибрагим стал султаном, в обществе и придворных кругах преобладало мнение, что он является импотентом и не сможет дать династии Османов достойное продолжение.
Поскольку он был единственным представителем династии Османов по мужской линии, у Кесем были вполне оправданные опасения в отношении того, что династия может прерваться.
Как ни странно, но эта деликатная проблема одного человека могла обернуться крахом для целой империи.
П.Райкот отмечает:
«Постоянный страх смерти, который он испытывал во время своего заключения, настолько сковал его организм холодностью относительно женщин, что все ухищрения и теплые объятия самых страстных дам сераля не могли за целый год растопить лёд его бесстрастия, что было причиной сообщения, в котором говорилось о его мужском бессилии».

Кесем Султан принялась активно бороться с этой проблемой. Она стала подбирать для гарема Ибрагима самых красивых женщин, это дало результат. Султан, прежде избегавший общества женщин, стал наслаждаться обществом наложниц в таких объёмах любвеобильности, что это даже удивило многих, кто его знал.

Весь первый год своего правления Ибрагим вообще не занимался государственными делами, отдав власть в руки матери и Великого визиря.
П.Райкот так описывает начало его правления:
«В этот промежуток времени султан мало вникал в государственные дела, как по недостатку способностей, так и по причине проявившегося у него пристрастия к роскоши, которому он потворствовал, предаваясь всяческим чувственным наслаждениям; ибо, привыкнув к тюрьме и стеснениям, он не знал иного пути наслаждения свободой, которую он обрёл, кроме как сделать её рабской служанкой своих вожделений. Эту склонность визирь и великие министры взлелеяли в нём постоянными банкетами, празднествами и развлечениями, в которых он всегда находил огромную радость и удовлетворение. Другими его способами времяпрепровождения были лошадиные бега и стрельба из лука, причем он сам награждал самых искусных лучников. Начавшийся ныне 1641 г. султан проводил в самой роскошной жизни в своём серале, тратя огромные деньги на своих женщин».

Кесем Султан мало заботило распутство сына. Главным для неё было то, чтобы Ибрагим смог дать династии Османов детей и тем самым продолжить преемственность власти. Его предок султан Мурад III имел 19 сыновей и 36 дочерей, а архив гарема Топкапы называет цифру в 24 сына и 32 дочери, много детей было и у Мехмеда III, Ахмеда II и Мурада IV. От Ибрагима ввиду его психического заболевания ожидалось только одно: наследники.
В конце зимы 1641 года Ибрагима вдруг сразил тяжёлый недуг. Правящая верхушка во главе с Кесем Султан была в панике: у султана не было ещё ни одной беременной наложницы, не родилось ни одного ребенка, что предвещало в случае его смерти острый династический кризис.

Но султан поправился, а слухи о его бесплодии рассеялись 2 января 1642 года с рождением его старшего сына, будущего султана Мехмеда IV, родившегося от его наложницы Хасеки Хадидже Турхан Султан (правил в 1648 – 1687 гг.).
В течение следующих четырнадцати месяцев у него родились ещё два сына: будущие султаны Сулейман II (родился 15 апреля 1642 года от Хасеки Салихи Дилашуб Султан, правил в 1687 – 1691 гг.) и Ахмед II (родился 25 февраля 1643 года от Хасеки Хадидже Муаззез Султан, правил в 1691 – 1695 гг.).

В общей сложности, Ибрагим стал отцом 18 детей, 9 сыновей и 9 дочерей, рождённых от разных наложниц. Ныне известны имена 13 его детей. Это сыновья: будущие султаны Мехмед IV, Сулейман II, Ахмед II, шехзаде Селим, Джихангир, Мурад, Баязид и Орхан. Дочери: Айше Султан, Гевхерхан Султан, Пейкан (Бейхан/Пейхан) Султан, Аттике Султан, Уммю Гюльсюм Султан (или просто Гюльсюм Султан). Все дети родились менее чем за семь лет.
У Ибрагима было 8 фавориток, носивших титул Хасеки.
Все эти женщины получали жалованье, полагающееся для Хасеки Султан, в размере 1000 акче золотом в день.

Удивителен факт того, что их предшественница Нурбану Султан, жена Селима II, пользовалась невероятным влиянием и авторитетом, а также любовью мужа, платившего ей в день вместо положенных 1000 акче 1100 акче золотом (простые наложницы в день получали 40 акче золотом), и, как известно, влияние этой женщины распространилось и на её сына Мурада III.

С достоверной точностью известны имена 7 фавориток Хасеки султана Ибрагима: матери султанов Мехмеда IV, Сулеймана II и Ахмеда II соответственно Хасеки Хадидже Турхан Султан (самая молодая в истории империи Валиде Султан, ставшая Валиде в 21 год), Хасеки Салиха Дилашуб Султан (Валиде Султан), Хасеки Хадидже Муаззез Султан, Хасеки Хюмашах Султан или Телли Хасеки (последняя в его жизни Хасеки и любимица Ибрагима, с которой он заключил официальный никях в декабре 1647 года), Хасеки Шихвекар Султан, Хасеки Айше Султан, Хасеки Махиневвер Султан.

Хасеки Хюмашах Султан была самой любимой наложницей Ибрагима, и от него получила прозвище Телли Хасеки, потому что в её волосы были вплетены золотые и серебряные нити (теле), которые обычно украшали причёску невесты. Она же стала его единственной законной супругой, с которой он заключил никях в декабре 1647 года, и последней в его жизни фавориткой Хасеки, которую он приближал к себе.

Хронист Наима оставил записи об обстоятельствах их бракосочетания, отмечавшегося очень торжественно, с соблюдением всех возможных церемониалов:
«В соответствии с распоряжением султана визири султанского совета в качестве подарка преподнесли по круглолицей невольнице, украшенной драгоценными камнями. Затем они сопровождали (невесту), двигаясь стройной процессией от садов Давуда-паши к султанскому дворцу. Бракосочетание совершали начальник черных евнухов, бывший шафером невесты, и Великий визирь, бывший шафером султана. Визири и улемы были одарены почётными одеждами, и другие получили причитавшееся им согласно обычаю».

Великий визирь Кара Мустафа-паша и Кесем Султан продолжали управлять всеми делами империи в течение первых четырёх лет правления Ибрагима.

Не пропустите: турецкий сериал «Кесем Султан».

В начале 1644 года путём интриг Кесем Султан, убедившей сына во враждебности Великого визиря по отношению к их семье, Кара Мустафа-паша был казнён.
На его место был назначен Султанзаде Мехмед-паша, прапраправнук Сулеймана Кануни и Хюррем Султан (правнук султана Мурада III и Сафие Султан, внук его дочери Айше Султан и Великого визиря Йемишчи Хасана-паши).
Своим назначением Мехмед-паша был обязан исключительно влиянию на султана Джинджи-ходжи, в результате чего фактически превратился в его марионетку. Позиции Джинджи-ходжи при Ибрагиме после казни Кара Мустафы-паши невероятно усилились, что существенно отодвинуло Кесем Султан на задний план и привело к утрате её влияния на Ибрагима.

В 1644 году и произошёл конфликт между Кесем и Ибрагимом, который привёл к тому, что Валиде Султан была изгнана сыном из гарема и отправлена в ссылку в Старый дворец, в результате чего Кесем Султан на 4 года, которые оставалось править её сыну, вновь лишилась всех рычагов власти.

Приступы ярости Ибрагима были столь же неконтролируемы и ужасны, как и у его брата Мурада Кровавого. Однажды в таком припадке бешенства он чуть было не убил собственного маленького сына Мехмеда.

Тот случай был описан многими хронистами и остался Мехмеду IV на память в качестве шрама на лбу. После рождения Мехмеда, согласно традициям, к нему должны были приставить кормилицу. Этой кормилицей стала невольница начальника черных евнухов Сюмбюля-аги. В своё время Сюмбюль-ага приобрёл эту девушку у персидского работорговца в полной уверенности в том, что она невинна. Когда выяснилось, что она беременна, Сюмбюль-ага отослал её в дом своего дворецкого, где девушка благополучно родила сына. Сюмбюль так привязался к мальчику, что усыновил его и, пустив в ход все свои связи, добился того, чтобы малыш стал расти и воспитываться в гареме, а его рабыня-мать стала кормилицей маленького шехзаде Мехмеда. Ибрагим тоже очень привязался к этому смышлёному красивому малышу и от души веселился, играя с ним и практически не уделяя внимания родному сыну. Это вызвало ревность и обиду у Хадидже Турхан, и свою злость она выместила на мальчике и его матери. Такое поведение Хасеки вызвало у султана приступ чудовищной ярости: он выхватил маленького сына из рук его матери и швырнул его в водоём (по другой версии – в бассейн или фонтан), так что ребёнок едва не утонул, если бы его вовремя не спасли слуги. При падении Мехмед сильно ударился головой и рассёк лоб, в результате чего у него на всю жизнь остался на лбу шрам.

Произошедший инцидент напугал и встревожил Сюмбюля-агу настолько, что он, опасаясь мести Хадидже Турхан, немедленно попросил у султана отставки. Получив просимое, он забрал наложницу с сыном и отплыл из Стамбула, заявив, что хочет совершить паломничество в Мекку. Но его корабль отнесло к Родосу, на борт ворвались мальтийские пираты, убившие Сюмбюля и захватившие в плен мальчика и его мать. Пираты ошибочно полагали, что малыш – сын Ибрагима и за него можно получить огромный выкуп, но их надежды не оправдались. Рабыня быстро умерла, а её сын был воспитан в христианской вере и стал монахом-доминиканцем под именем падре Оттомано.
Известие о гибели Сюмбюля-аги и пленении его приёмного сына привело безумного султана в такое бешенство, что он собирался послать флот с десантом к Мальте и взять остров штурмом. Его отговорили от этой затеи, но тогда Ибрагим перенёс свои военные аппетиты на Крит, желая так отомстить Венеции за то, что она позволила пиратам считать этот остров убежищем. В итоге завоевание этого острова для Османской империи затянулось на пятьдесят лет…
Ибрагим всё своё время проводил в гареме, где его оргии достигали эпических размеров.
Востоковед Д.К.Кантемир так рассказывает об этом:
«Насколько Мурад был привержен вину, настолько Ибрагим был предан похоти. Говорят, что он проводил всё своё время в плотских удовольствиях, а, когда его организм был истощён от частого повторения сладострастных удовольствий, он старался восстановить свои силы различными зельями и ухищрениями лекарского искусства. Каждую пятницу, которая у турок является священным днём отдохновения, он посвящал Венере и повелел, чтобы его мать Кесем, Великий визирь или какой-либо другой знатный вельможа приводили к нему красивую девственницу, пышно разодетую. Стены своих покоев он покрыл зеркалами, чтобы казалось, будто его любовные сражения происходят сразу в нескольких местах. Он приказал, чтобы его подушки набили роскошными мехами, чтобы постель, предназначенная для султанских удовольствий, была бы более изысканной. Более того, он положил под себя целые соболиные шкуры, надеясь, что его страсть воспламенится, если его любовные старания будут затруднены жаром его коленей. В дворцовом саду, называемом «Охота», он часто собирал всех девственниц, заставлял их раздеваться, и сам обнажённый, издавая жеребячье ржание, носился среди них и овладевал то одной, то другой, брыкающимися и сопротивляющимися по его приказу… Однажды ему случайно удалось увидеть половые органы тёлки, и он разослал их формы, отлитые в золоте, по всей империи, приказав разузнать, можно ли отыскать женщину, сотворённую подобным образом, чтобы удовлетворить его похоть. Наконец, такую женщину нашли и привели в женские покои. Он собрал много огромных, увесистых книг с картинками, на которых изображаются различные способы совокупления, благодаря которым он изобрёл несколько новых и доселе неизвестных поз».

П.Райкот утверждает, что эта фаворитка настолько очаровала Ибрагима, что он не мог отказать ей ни в чём. Это и привело к её падению, поскольку она вызвала раздражение у Кесем Султан: «По этой причине королева-мать (Валиде Султан) воспылала ревностью, и, пригласив её однажды на обед, приказала задушить её и убедила Ибрагима, что она умерла внезапно от острого приступа, отчего несчастный пришёл в отчаяние».

Согласно воспоминаниям современников и многочисленным упоминаниям тюркологов в различных исследованиях, посвящённых периоду правления Ибрагима I и его частной жизни, Ибрагим отдавала в своей личной жизни предпочтение тучным женщинам. Он был, безусловно, падок на женскую красоту, но, помимо неё, его пленяла также излишняя полнота женщин. Всех невольниц, обладающих выдающимися габаритами, было приказано привозить в султанский гарем, где им полагалось вести малоподвижный образ жизни и ежедневно съедать большое количество сладостей, дабы они могли сильнее поправиться.
Такие красавицы в гареме Ибрагима I особо приветствовались. По словам современников и связанным с ними подсчётам иностранцев, вес красавиц гарема Ибрагима варьировался в пределах 250 – 500 фунтов (1 фунт = 453 г, т.е. вес составлял – 114 – 220 кг). Любимая наложница и сводня Ибрагима Шекер Пара («Кусочек сахара», «Сахарок») была внушительной дамой весом около 230 кг. Однако, ни красота, ни темперамент, ни выдающиеся пышные формы порой не могли спасти наложниц от гнева их Повелителя. Однажды Ибрагим, находясь в гареме и проводя время с наложницами, рассердился на них за какую-то невинную шутку. В результате более 300 красавиц, всех, кто в тот момент присутствовал при инциденте, по его приказу были утоплены в Босфоре.
При этом Ибрагим оставался щедрым и добродушным человеком, которого портили лишь частые вспышки гнева и жестокости, обусловленные его безумием, и чрезвычайное сладострастие.
Эвлия Челеби довольно лестно отзывается о человеческих качествах Ибрагима:
«Он был необычайно щедрым монархом и раздавал свои сокровища людям самого низкого происхождения и своим любимым женщинам. Банщика он возвысил до поста генерала янычар (что ныне равно генерал-полковнику) в чине паши с тремя бунчуками (бунчук – бычий или конский хвост на украшенном резьбой, перламутром или самоцветами древке, который в средневековой Турции являлся знаком сана и власти пашей). А, чтобы порадовать свою фаворитку Шекер Пара, он сделал сына торговца рисом агой янычар…».

В 1644 году, после конфликта с матерью и ссылки Кесем Султан в Старый дворец, Ибрагим вознамерился унизить и своих родных сестёр. Султанские сёстры и дочери Кесем Айше Султан, Фатьма Султан и Ханзаде Султан, а также племянница Ибрагима Кайе (иной вариант имени – Хайне Султан) Султан были поставлены в зависимое положение от его наложниц, которым султаном были переданы земельные владения и все драгоценности султанш. Также он заставил своих сестёр и племянницу служить его любимой фаворитке Хасеки Хюмашах Султан (Телли Хасеки, о ком говорилось выше), выполняя у неё обязанности горничных.

Кесем Султан, которой её шпионы, оставшиеся в Топкапы, донесли о бедственном положении её дочерей, была в ярости и окончательно отказалась далее поддерживать сына. Материнская любовь уступила место ненависти, что и предрешило падение Ибрагима. Она написала Великому визирю Ахмеду-паше: «…В конце концов, он не оставит в живых ни вас, ни меня. Мы потеряли влияние в государственных делах. Уберите его с трона немедленно!..».

К тому времени любовный пыл Ибрагима переключился на дочь муфтия, чьи прелести расписала ему Шекер Пара. Священнослужитель, прекрасно осведомлённый о порочных наклонностях Ибрагима, не желал отдавать ему свою обожаемую дочь. Но, опасаясь за свою жизнь, он скрывал свои истинные чувства и отвечал на вопросы султана, что не хочет принуждать дочь к замужеству, но пообещал Ибрагиму посодействовать в его сватовстве. Ибрагим был вполне доволен таким ответом, но на следующий день муфтий принёс ему категорический отказ. Тогда Ибрагим, призвав на помощь Шекер Пару, отправил избраннице в подарок огромный бриллиант, стоивший баснословных денег. Но девушка снова категорически отказалась, а подарок с презрением вернула. Терпение султана лопнуло, и он приказал Ахмеду-паше похитить девушку и доставить её в его гарем. Дочь муфтия была изнасилована Ибрагимом, но наслаждение султана было недолгим, поскольку девушка, ставшая фактической пленницей в Топкапы, постоянно плакала и в интимные моменты вела себя совершенно безучастно. Страсть Ибрагима быстро потухла, и он с презрением вернул девушку отцу.
Случай был вопиющим: правитель исламского государства похитил дочь знатного вельможи, священнослужителя, свободную турчанку, которая не являлась его личной собственностью, и не имела никакого отношения к его гарему, и обесчестил её. С точной достоверностью судьба этой девушки неизвестна, но в воспоминаниях некоторых современников и очевидцев тех событий предполагалось, что она покончила жизнь самоубийством, не перенеся позора.
Убитый горем, муфтий пожаловался Софу Мехмеду-паше, члену Дивана, а такжу Мураду-аге, командиру корпуса янычар, которые согласились с тем, что наступил подходящий момент для свержения Ибрагима. Заодно было решено свести счёты и с Великим визирем. К заговору немедленно примкнула Кесем Султан. К ним присоединились два кадиаскера, главные судьи Румелии и Анатолии, после чего решено было действовать.
Мятеж начался 7 августа 1648 года, когда Мурад-ага в сопровождении кадиаскеров и других сановников привёл своих янычар во дворец Топкапы и заставил Ибрагима выслушивать их требования, заключавшиеся в отставке Ахмеда-паши и назначении на его место Софу Мехмеда-паши. Ибрагим был вынужден согласиться, после чего Софу Мехмед-паша тут же вступил в обязанности Великого визиря, а Ахмед-паша бежал в дом муфтия, полагая, что ему удастся найти убежище. Но янычары вытащили его из дома муфтия и жестоко убили, бросив тело перед мечетью султана Ахмеда. Затем толпа, собравшаяся на Ипподроме, разрубила труп Великого визиря на мелкие кусочки, из-за чего его впоследствии стали называть Хезарпаре Ахмед-паша, или Ахмед «Тысяча кусков». Джинджи ходжу также постигла страшная смерть от руки янычар, а Шекер Пару, по утверждению Э.Челеби, сослали в Египет.

На следующий день янычары пришли к муфтию, и тот вручил им фетву, в которой объявлялось о низложении Ибрагима за то, что он являлся «дураком, тираном и негодным к правлению». Получив фетву, Ибрагим с нарочитым презрением порвал её и стал угрожать муфтию, который тут же выпустил вторую фетву, объявив, что всякий, кто не повинуется Божьим законам, «…является неверным и лишается трона…». Когда Ибрагиму вручили вторую фетву, он порвал и её и приказал казнить.
Но к этому времени Ибрагим потерял всякую власть, и его распоряжение было проигнорировано. Тем временем янычары, собравшиеся у Ворот приветствий, требовали его низложения. Лишившись самообладания, Ибрагим бросился в объятия своей матери Кесем Султан, которой он незадолго до этого с большой неохотой разрешил вернуться в гарем, умоляя её защитить его. Кесем убедила его отречься от престола, после чего янычары возвели на трон старшего сына Ибрагима, Мехмеда IV, которому исполнилось на тот момент 6,5 лет.
Ибрагима заточили в маленькую каморку над покоями фаворитов, откуда в течение следующих девяти дней наложницы султана слышали его безутешные рыдания. Бедственное положение Ибрагима начало вызывать симпатии к нему со стороны населения, что не на шутку встревожило заговорщиков, осуществивших государственный переворот. Они стали опасаться контрпереворота, который мог бы восстановить Ибрагима на троне. Диван немедленно обзавёлся фетвой, оправдывающей казнь низложенного султана, и 17 августа 1648 года главный палач Кара Али (Черный Али) получил приказ удавить его.

Эвлия Челеби представляет свою версию того, каким образом совершилась казнь:
«…Когда Кара Али вошёл в каморку Ибрагима, Ибрагим спросил его: «Мастер Али, зачем ты пришёл?». Тот ответил: «Мой повелитель, чтобы сослужить вам похоронную службу». На это Ибрагим ответил: «Посмотрим». Затем палач навалился на него; и, пока они боролись, зашёл один из помощников главного палача, и Ибрагима задушили, наконец, подвязкой. В награду Кара Али получил пятьсот дукатов, и ему настоятельно посоветовали не оставаться больше в Константинополе (Стамбуле), но совершить паломничество в Мекку».

Э.Челеби также описал церемонию похорон Ибрагима, которого похоронили рядом с его дядей Мустафой в приделе Айя Софии. Два безумных султана теперь лежали рядом:
«Тело монарха вымыли и под кипарисами, растущими перед палатой Дивана, в присутствии всех визирей и самого султана Мехмеда прочитали последние молитвы, а шейх-уль-ислам был за имама. На визирях были чёрные чадры, а перед гробом вели лошадей, покрытых чёрными попонами. Гроб был установлен в мавзолее султана Мустафы I, дяди султана Ибрагима. В его время не видели нищих, и всюду щедро платились деньги. Сто поэтов, испытывая глубочайшую скорбь, сочинили эпитафии. Он покоится в Айя Софии вместе с султаном Мустафой, и его могилу часто посещают женщины, потому что он был до них большим охотником».
Так, на тридцать третьем году, закончил свою жизнь «Дели» Ибрагим, безумный султан на османском троне.
Далее правил сын Ибрагима Безумного — Мехмед IV.

Читайте так же:

0 комментариев