Султан Мурад IV Кровавый, сын Ахмеда I и Кесем Султан


Мурад IV — сын Ахмеда I и Кесем Султан. Он родился в 1612 году, умер в 1640 году. Управлять империей начал в одиннадцатилетнем возрасте, в 1623-1640 годах.
Этот султан очень жестоко относился к своим подданным. Он оказался на троне в возрасте одиннадцати лет, так как в тот период других наследников престола не было. Он возобновил военную дисциплину и устранил продажную власть, которой обладали визири. Казни по приказу султана происходили постоянно, казнены были даже те, на ком не было никакой вины. Он внушал всем страх, все его указания беспрекословно выполнялись. В казармах янычар устранили анархию, суды вновь стали справедливыми, и коррупции практически не стало. Но… обо всем подробнее…

Мурад был опоясан мечом в мечети Эйюба, после чего последовал в Сераль, где совершил молитву ради того, чтобы его служение в качестве высшего правителя было угодно Аллаху и его народу. Затем, соблюдая обычай восходивших на престол султанов, он проследовал в имперскую казну.

Как писал об этом Эвлия Челеби, в казне «не было видно никаких сосудов из золота и, кроме ненужного хлама, обнаружилось лишь шесть мешков монет (30 тысяч акче), сумка с кораллами и сундук с китайским фарфором. Увидев это, султан Мурад наполнил казну своими слезами и, дважды склонившись в молитве, сказал: «Иншаллах, я заполню эту казну богатством тех, кто их украл, и наполню ещё пятьдесят хранилищ в дополнение к этому». Мурад умудрился найти ещё 3040 мешков денег в собственной частной казне, которые по его приказу раздали янычарам в течение месяца после его восхождения на трон.

На следующий день после своего воцарения, Мурад отправил своего дядю Мустафу в Старый дворец, куда была отправлена и мать Мустафы, чья участь с тех пор неизвестна. В роли Валиде Султан её сменила Кесем Султан, которая теперь вернулась в гарем Топкапы, где исполняла обязанности регентши при юном Мураде в первые годы его царствования. На тот момент ей было около 32-33 лет и титул регента при султане она получила официально, впервые в истории Османской империи.

Дети Мурада IV


Вопреки утверждению И.Б.Мамедова о том, что султан Мурад IV не имел наложниц в качестве Хасеки, а у нескольких невольниц, с которыми он имел интимную близость, не было детей, профессор Дж.Фрили с уверенностью называет имя одной из его фавориток – Айше Султан, которая, по разным версиям, стала матерью 9 детей Мурада.
В 1627 году, в год пятнадцатилетия Мурада IV, Айше Султан родила ему старшего сына шехзаде Ахмеда. Впоследствии у Мурада IV родились ещё сыновья (шехзаде Сулейман, Мехмед, Алаэддин), а также двенадцать дочерей, из которых наиболее известны имена Ханзаде Султан, Гевхерхан Султан, Рюкийе Султан, Эсмахан Султан, Сафие Султан. Некоторые источники называют всех вышеперечисленных шехзаде и султанш детьми Мурада от любимицы Айше Султан.
Все сыновья и шесть дочерей Мурада умерли от эпидемий чумы, разразившихся в Стамбуле в 1637 и 1640 годах. Выжившие шесть дочерей были выданы замуж за пашей, будучи ещё маленькими девочками. Некоторые эти паши впоследствии стали Великими визирями. Все браки юных султанш устраивала их бабушка, Кесем Султан, пытавшаяся таким образом устроить многочисленные связи с могущественными вельможами и тем самым поддержать султанат своих детей.

В первые годы царствования Мурада IV Кесем фактически руководила жизнью государства, в гаремных вопросах и делах обеспечения дворца и двора ей помогал лично преданный ей главный евнух султанского гарема Мустафа-ага.

Всё это время Мурад жил в постоянном страхе, опасаясь потерять трон и жизнь от рук янычар, которых власть отныне вообще не могла контролировать. Их особое возмущение вызывали периодические невыплаты денежного довольствия, начавшиеся с момента воцарения Мурада. Когда Великий визирь находился в походе, империей управляли четыре зятя султана (мужья его сестёр), трое из которых были женаты на дочерях Кесем.

Английский торговый агент Пол Райкот (1628 – 1700) упомянул об этом так:
«Управление в то время находилось в руках четырёх шуринов (в действительности – зятьёв), которые были женаты на четырех сестрах Великого Султана и по этой причине пользовались значительным влиянием и занимали основные должности в государстве. Помимо насилия, которое ежедневно чинили они, сумасбродные чудачества самого султана усугубляли смуту в государстве и ещё более настраивали народ против него».

Далее Пол Райкот описывает экстравагантное поведение султана, который, переложив государственные дела на плечи матери и зятьёв, предавался пьяному разгулу. С утра до ночи он бражничал со своими придворными, в числе которых были «шуты, гитаристы и евнухи», подрывая своё здоровье и компрометируя себя в глазах здравомыслящей части населения.

В сентябре 1631 года (Мураду исполнилось 19 лет) разряд молнии, едва не убивший султана, настолько перепугал его, что Мурад на время отказался от вина и упорядочил свою жизнь в знак благодарности Богу за чудесное избавление от гибели.
Первые десять лет правления Мурада стали периодом наиболее сильного кризиса Османской империи. К 1632 году положение в стране и столице стало катастрофическим. Янычары и другие военные подразделения Стамбула периодически бунтовали, попеременно вспыхивали восстания в провинциях, некоторые отряды восставших даже предпринимали попытки походов на Стамбул.
В столице процветали бандитизм, грабежи и разбой. От народа всё чаще стали исходить требования низложить султана, не способного навести порядок. Воспользовавшись смутой в Османской империи, персы вернули себе Багдад и провинцию Эривань (г. Ереван).
Восстали крымские татары, захватившие в плен так много турок, что рыночная цена раба-турка упала до стоимости порции бозы – напитка из перебродившего проса. Промышлявшие мародёрством казаки совершали постоянные набеги на Черноморское побережье, проникали в Босфор и угрожали пригородам столицы.
На тот момент Османское государство, как никогда, нуждалось в сильной управляющей руке, во власти тирана, способного обуздать насилие и заставить уважать власть закона. Именно в такого правителя со временем и превратился Мурад IV, за что был назван турецким Нероном. По словам Эвлия Челеби, «Мурад был наиболее кровавым из всех османских султанов».
По мнению Э.Челеби, ни один из османских султанов до Мурада не отличался такой невероятной физической силой, атлетичностью и величием: «…никогда ещё не было турецкого правителя, … столь атлетичного, так хорошо сложенного, столь деспотичного, столь страшного для его врагов или столь возвеличиваемого». О физической силе Мурада ходили легенды. Он был столь сильным стрелком из лука, что мог пустить стрелу дальше пули, выпущенной из ружья, так, что она могла пробить лист металла толщиной в четыре дюйма (1 дюйм = 2,54 см). Столь умелым метателем копья, что мог с лёгкостью пронзить щит, сделанный из десяти верблюжьих шкур. Он мог метнуть дротик на немыслимое расстояние и однажды таким образом убил ворона, севшего на минарет мечети в миле от него. Как наездник, каждый день демонстрирующий на Ипподроме своё умение сидеть в седле, молодой султан мог на полном скаку легко перепрыгнуть с одной лошади на другую. Мурад также был превосходным борцом, за что получил подобострастное прозвище «подобный самому пророку Мухаммеду».
Эвлия Челеби заявляет, что однажды он видел, как султан поднял над головой двух дюжих оруженосцев и швырнул их в разные стороны. Однажды он, играючи, схватил самого Эвлию Челеби в качестве своей жертвы: «Он схватил меня, подобно орлу, за пояс, поднял над головой и раскрутил так, как это делают дети, когда крутят что-то над головой». Наконец, Мурад со смехом отпустил его и дал в награду 48 золотых.
В ближайшем окружении султана появились люди, предлагавшие ему различные способы исправления ситуации и успокоения общества, суть которых сводилась, как правило, к устранению ненужных, по их мнению, новшеств и возвращению к порядкам, существовавшим при султане Сулеймане Кануни. Подлинным манифестом таких настроений была «Записка» Кочибея (сочинение об усовершенствованиях вассально-ленной системы в рамках феодального государства), поданная султану в 1631 году. Возможно, именно она подтолкнула Мурада к активным действиям и предложила ему выход из положения.

Бунт янычар и кровавая месть

Время конца 1631 – начала 1632 года стало наиболее кризисным моментом Османской монархии в целом и правления Мурада IV – в частности.
18 ноября 1631 года янычары и сипахи взбунтовались и потребовали выдать им Великого визиря Хафиза Ахмеда пашу (мужа султанской сестры и зятя Кесем Султан), муфтия, а также семнадцать чиновников и фаворитов султана, включая его любимого пажа Муссу.
Визирь Реджеб-паша стал убеждать юного султана выполнить требования бунтовщиков: «Лучше голова Великого визиря, чем голова султана. Мурад, как мог, старался тянуть время: он принял делегацию сипахов и янычар, обратился к ним со смиренной речью, умоляя их не ронять достоинства халифата жаждой крови. Но увещевания не помогли. Восставшие продолжали требовать своего, угрожая Мураду разгромом столицы и массовой бойней в среде придворных и простого люда.
Хафиз Ахмед-паша, друживший с султаном, решил принести себя в жертву и сам вышел к бунтовщикам, которые зверски убили его, нанеся 17 ранений и лишь после отрубив голову. Он погиб 10 февраля 1632 года.
Мурад, до слёз тронутый мужественным поступком своего друга и родственника, заявил восставшим: «Если будет на то воля Аллаха, вас ждёт ужасное возмездие, вас, низкие убийцы, не страшащиеся Аллаха и не испытывающие чувства стыда перед Пророком». Однако, его слова уже не могли остановить янычар, озверевших от жажды крови.

Остальные 17 человек, которых восставшие требовали выдать, были убиты ими с чудовищной жестокостью. По утверждению профессора Дж.Фрили, ссылаюшегося на Э.Челеби – очевидца тех событий – любимец султана паж Муса был выпотрошен янычарами, «словно молодой барашек, его изуродованный до неузнаваемости труп янычары повесили высоко над землёй на собственных жилах и внутренностях, а рядом воткнули кол с его отрубленной головой, у которой были выколоты глаза, отрезаны нос и уши и вырван язык, в свою очередь отданные на съедение собакам».

Ужасающая своей жестокостью кровавая бойня, проводимая опьяневшими от собственной вседозволенности янычарами, длилась не один месяц. Мурад и Кесем Султан, на протяжении всех этих дней запершиеся в Топкапы, с ужасом взирали на страшные события, происходившие в столице. По мнению большинства тюркологов, именно этот бунт янычар вселил в Мурада неугасимую ненависть к ним и спровоцировал его вскоре на не менее жестокую и кровавую месть.

Будучи от природы человеком неглупым, а также при помощи матери, сумевшей внедрить своих шпионов в ряды восставших, Мурад быстро сумел узнать, что зачинщиком бунта янычар стал тот самый Реджеб-паша, толкавший его на выдачу Великого визиря. Вероятнее всего, именно таким образом. Реджеб-паша сумел занять место казнённого Хафиза Ахмеда-паши. В это же самое время уверенные в своей вседозволенности янычары свергли муфтия и уже открыто обсуждали вопрос о судьбе самого Мурада и всей султанской семьи. Но их ряды уже были расколоты ввиду несовпадения мнений, т.к. некоторые течения восставших были в ужасе из-за воцарившегося в столице хаоса.

Мурад же, опасаясь, что его может постичь судьба убитого султана Османа II, начал проводить в жизнь политику «убей или будешь убит». Узнав о подстрекательстве Реджеба-паши, Мурад приказал отрубить предателю голову 18 мая 1632 года. Труп Реджеба был выброшен за ворота дворца. Это зрелище вызвало ужас среди восставших, впервые осознавших неотвратимость султанского возмездия.
Поддерживаемый матерью, официально отошедшей от государственных дел (но в действительности оставшейся мощнейшим закулисным фактором власти в Османской империи) и оставшейся только советчицей сына, Мурад казнью Реджеба-паши сумел сломить волю визирей и окончательно подчинить их себе. После этого он подчинил себе уже армию.
На берегу Босфора было созвано публичное заседание Дивана, были приглашены судьи, постановившие, что виновники преступлений, совершённых в ходе янычарского бунта, должны понести равновеликое наказание. Именно этого Мурад и добивался: наиболее активные участники восстания и зачинщики бунта были казнены с ужасающей восставших жестокостью. И, вопреки исламским обычаям, не погребены, а выброшены в Босфор, поскольку Мурад заявил, что бунтовщики, которые пошли против своего султана, потеряли право называться правоверными мусульманами.
Мурадом было организовано массовое уничтожение вооружённых банд, по его приказу его люди прочёсывали Стамбул, выслеживая предателей и лидеров восставших, на месте рубя их мечами или расстреливая из луков и сбрасывая трупы в Босфор. Как вспоминали об этом современники событий, «трупов мятежников было так много, что в некоторых участках Босфора не было видно цвета воды и тела плавали, наталкиваясь друг на друга». Янычары, лишившиеся своих лидеров и их союзников, были запуганы и хранили молчание.

Реформы Мурада IV

Одновременно с этими событиями Кесем Султан поспособствовала избавлению сына от наиболее опасных личностей в его окружении. Мурад IV избавился от всех одиозных фигур в среде своих приближённых, запятнавших себя коррупцией и другими злоупотреблениями. Летом 1632 года в Стамбуле произошёл страшный пожар, уничтоживший почти четверть города, который был объявлен султаном знамением Аллаха, наказавшего мятежников за отступничество от шариата и предательство султана.
После подавления янычарского мятежа Мурад принялся за активные реформы в области социальной жизни общества: в Стамбуле и по всей империи были закрыты все кофейни по причине того, что там могла вестись антиправительственная агитация и эти заведения считались «рассадником свободомыслия». Под страхом смертной казни было запрещено курение табака и опиума. В связи с этими мерами противоречивым и нелепым выглядит введение указа, легализовавшего продажу и употребление алкогольных напитков даже для мусульман – прецедент, не имеющий аналогов во всей исламской истории.
Справедливости ради следует отметить, что уже в 1634 году Мурад осознал, какую опасность повсеместное употребление алкоголя представляет для стабильной жизни государства и все питейные заведения в Стамбуле и империи были закрыты, а употребление спиртных напитков строжайше запрещено.

Д.К.Кантемир в своей работе «История возвышения и упадка Оттоманской империи» упоминает об этом указе, когда пишет о пристрастии Мурада к спиртному, которым тот, по мнению Д.К.Кантемира, был обязан дружбе с запойным алкоголиком Мустафой Бекри (Пьяницей): «Но он [Мурад] гораздо более примечателен своим пьянством, в котором он превзошёл всех своих предшественников, предававшихся этому пороку. Приученный к этому Бекри Мустафой, он не довольствовался питьём вина в одиночку, но принуждал пить с собой даже муфтия и главных судей. Его эдикт, о котором упоминалось выше, разрешил людям всех сословий и всех званий продавать и пить вино. Будучи неумеренным любителем вина, он в то же время являлся смертельным врагом опиума и табака, запретив оба под страхом смерти, и своей рукой убил нескольких человек, кого он обнаружил либо жующими опиум, либо курящими или продающими табак».


Мурад IV получает прозвище «Кровавый»

Именно в то время, после янычарского мятежа и осуществления социальных реформ, и проявляется личность Мурада IV, что впоследствии дало ему прозвище «Кровавый». Сначала его жестокость проявилась в отношении нарушителей его указов, которая была необходима для устрашения общества и армии и недопущения возможных мятежей в будущем.
Нарушители указов о запрете употребления опиума, табака или кофе рисковали быть повешенными или заколотыми. Однажды застав за курением своего садовника и его жену, Мурад отрубил им ноги и выставил их на публичное обозрение, оставив несчастных истекать кровью.

Его чудовищно жестокие поступки стали легендой. Он отрубал головы всем, кто попадал под малейшее подозрение. Один венецианец решил надстроить свой стамбульский дом дополнительным этажом и был за это повешен, поскольку Мурад решил, то иностранец таким образом решил шпионить за султанским гаремом. Француза, встречавшегося с турецкой девушкой, по приказу Мурада посадили на кол.
Султан «многие часы проводил, осуществляя своё право на десять невинных душ в день, стреляя из аркебузы по прохожим, оказывавшимся слишком близко от его дворца. Однажды он утопил несколько женщин, повстречавшихся ему на лугу, из-за того, что они слишком громко смеялись. Он убил одного из своих врачей, заставив того принять сверхдозу опиума. Он пронзил копьём посыльного, ошибочно сообщившего ему, что султанша вместо сына родила дочь. Им собственноручно был обезглавлен его придворный музыкант за то, что исполнял персидскую мелодию, и тем самым – по мнению Мурада – прославлял врагов его империи».
Ряд источников утверждает, что в течение 5 лет по его приказу были убиты 25 тысяч человек, и многим из них приписывали смерть от его руки.

Однако, большинство историков сходится во мнении, что тирания Мурада спасла его империю от гибели. Был положен конец всевластию различных санджакбеев, была реорганизована и укреплена армия, реформирован суд, увеличены доходы империи, пополнена казна, устранены правонарушающие возможности ряду феодалов для злоупотреблений в вассально-ленной системе, проявлена законодательная инициатива по надлежащей защите крестьянства.

Уже в 1634 году Мурад отменил свой указ, ранее предписывающий употребление и продажу алкоголя. Очевидно, султан осознал, какую опасность алкоголь несёт ему лично и стабильности государства в целом.
Пол Райкот полагает, что такая противоречивость политики Мурада была напрямую связана с его злоупотреблениями спиртным: «Мурад, впадая в запои, часто терял разум и совершал поступки, отличавшиеся бессмысленной жестокостью. Люди страшились его приближения и старались не попадаться ему на глаза».
Объясняется поступок султана следующими причинами: «Несмотря на своё великое пристрастие к вину, Мурад осознавал его дурное воздействие на себя и что пьяный разгул склонял его к буйству и жестокости, и вследствие этого, поняв, какая опасность для его народа заключается в этой склонности к пьянству, в особенности для его войска, т.к. беспорядки и мятежи последнего времени во многом происходили вследствие именно этого, он издал чрезвычайно суровый указ против вина, повелевавший снести все питейные заведения, разбить винные бочки и вылить всё вино на землю. Великий султан завёл привычку ходить по улицам переодетым, и, если он встречал пьяного, то приказывал бросить его в тюрьму и бить палками чуть ли не до смерти…».


Завоевания Мурада IV

Неплохо шли у Мурада IV и военные дела. С помощью его усилий империи были возвращены земли в Багдаде и Эриване (современный Ереван). Все земли, завоеванные империей ранее, благополучно удерживались и ни одна из них не была потеряна.

В 1635 году Мурад организовал поход против Персии, лично возглавив армию и став первым султаном со времён Сулеймана Кануни, принявшим на себя звание главнокомандующего войсками. Турки захватили город Эривань (ныне г.Ереван). Гонцы, доставившие в Стамбул депешу об этом успехе, одновременно с ней привезли секретный приказ Мурада казнить его братьев шехзаде — Баязида (единокровного брата, сына Ахмеда I от одной из наложниц) и Сулеймана (предположительно, родного брата, сына Ахмеда I и Кесем Султан). Но сделать это во время торжеств по случаю победы османов, чтобы на их смерти никто не обратил внимания.
Внешняя политика Мурада IV в 1635 – 1640 гг. была весьма успешна: захвачен Эривань (впоследствии по мирному договору был возвращён персам – О.К.), подавлено пятилетнее восстание в Малой Азии, захвачен Багдад (остался у турок – О.К.), планировалась война с Венецией, но Мурад не успел воплотить эти планы в жизнь.
В 1637 году в Стамбул пришла страшная эпидемия чумы, во время которой умер единственный остававшийся в живых сын Мурада. Смерть ребёнка означала, что единственными потомками династии Османов, помимо самого Мурада, остаются его родные братья, шехзаде Касим и Ибрагим. Они оба находились в заключении в Кафесе. Старший брат Касим оказывался престолонаследником в случае, если бы у Мурада не родилось бы больше сыновей.

Осознававший катастрофичность своего положения, Касим не желал возбудить ни малейших подозрений у брата-тирана в возможности своих честолюбивых замыслов. Потому во время аудиенции у Мурада, когда Касим был призван к нему накануне похода на Багдад, шехзаде старался выражать максимальные покорность и послушание. Но это не помогло ему и в тот же день, 17 февраля 1638 года, шехзаде Касим был задушен по приказу своего брата.
Пока Мурад был в победоносном походе на Багдад, 20 января 1639 года скончался его дядя, бывший султан Мустафа I (точные причины смерти неизвестны), которого похоронили в Айя-Софии. После смерти Мустафы шехзаде Ибрагим остался единственным представителем мужской линии рода Османов, кроме самого султана Мурада.

Появилось ощущение, что империя вроде бы восстает из пепла, скоро будут новые достижения и успех… Но султан, как и все его достижения, были уничтожены пагубной страстью к спиртному.

Cмерть Мурада IV


Вернувшийся после взятия Багдада Мурад забросил все дела (в это время фактическим правителем империи стала Кесем Султан), предавшись пьяному разгулу вместе со своими фаворитами, в числе которых был пленный персидский принц Эмиргюнех. Неуёмное пристрастие Мурада к алкоголю окончательно подорвало его здоровье. По мнению П.Райкота, Мурад страдал циррозом печени (некоторые другие исследователи полагают, что причиной его смерти стал не просто цирроз, а злокачественная опухоль всей брюшной полости).

Очередное застолье в обществе Эмиргюнеха в феврале 1640 года окончательно добило султана: «Эта беспутная трапеза оказалась роковой для Великого Султана, ибо в его жилах и чреве запылал огонь и у него началась сильная и продолжительная лихорадка. Врачи, за которыми сразу же послали, страшились прибегать к каким-либо средствам, потому что в случае неудачи им пришлось бы заплатить за неё жизнями; в конце концов, они сошлись на том, чтобы пустить ему кровь, но это лишь ускорило его смерть. Несмотря на все их старания, он скончался на четвертый день своей лихорадки, который пришёлся на 8-е (в действительности – 9-е) февраля, на семнадцатом году своего царствования и на двадцать восьмом году жизни».
На момент смерти Мураду было 27,5 лет. Осознав, что умирает, он приказал убить своего брата Ибрагима, дабы остаться последним султаном династии Османов и передать престол крымским ханам из династии Гиреев, на основании родства с Валиде Айше Хафсой Султан.

Ибрагима спасла его мать, Кесем Султан. Она убедила Великого визиря Кара Мустафу-пашу и других членов Дивана в том, что Ибрагим является законным наследником. Потому умирающему Мураду солгали в том, что Ибрагим по его приказанию задушен, а самого Ибрагима решено было перевести из Кафеса в Топкапы.

Похоронили Мурада рядом со своим отцом в усыпальнице у мечети султана Ахмеда.

Читайте так же:


0 комментариев